vova_maltsev (prosto_vova) wrote,
vova_maltsev
prosto_vova

Categories:

Опрос Зеленского глазами волонтера

«В целом от всего этого остался ужасный осадок, — резюмирует Николай. — И дело даже не в физической усталости. Тяжело переносилась сама атмосфера опроса, агрессия со стороны людей и ощущение позорности и бессмысленности происходящего...


Один из участников опроса "5 вопросов от президента Зеленского" рассказал о своей работе на выборах. Он студент одного из киевских ВУЗов, 19 лет. Получил приглашение из чата, где студенты ищут подработки.

Приглашение поучаствовать в опросе пришло за целых два дня до выборов, а накануне, в субботу, участники получили инструктаж — четыре коротких зажигательных видео, на которых веселый «кварталец» Артем Гагарин рассказывал, как будет проходить опрос, особый упор делая на неудобные вопросы и ситуации, могущие возникнуть в его ходе.

Потом опросчиков собрали на парковке возле «Макдональдса» и выдали каждому разобранную картонную коробку-урну, несколько пачек «бюллетеней» (простых бумажек формата А4 с отпечатанными вопросами), белые слюнявчики и мелкую канцелярию. Они также подписали «Договор о предоставлении услуг», в котором… не было упоминания заказчика, на этом месте стояли пробелы, в которые можно вписать кого угодно.


«Добираться на участки нужно было самим, таща с собой собранную накануне дома урну в большом черном кульке. Некоторые ребята жаловались, что их расставили на избирательных участках, не учитывая то, насколько далеко место опроса находится от их дома."

Кое-кто из волонтеров с самого начала не явился под избирательные участки. Он простоял в одиночестве первых три часа избирательного марафона, затем к нему присоединился еще один юноша, с виду не старше 18 лет. На соседнем избирательном участке такой же студент простоял в одиночестве все 12 часов. Николай и его напарник время от времени подменяли одинокого волонтера, чтобы тот просто мог сходить в туалет, и делились с ним бутербродами.

«Организаторы объяснили, что оставлять урну ни в коем случае нельзя, отлучаться нельзя. К избирательному участку приближаться тоже нельзя. Три раза за день нас проверяли — нужно было сбросить свою геолокацию в чат. Насчет еды и прочих нужд не было сказано ничего. В туалет мы бегали в ближайший супермаркет, подменяя друг дружку, а до него минут десять в одну сторону. Если бы требование прислать геолокацию пришло в тот момент, когда я отходил, у меня могли быть неприятности».

Опрос вызвал отторжение и гадливость у многих граждан, но, к сожалению, некоторые из них сочли нормальным срывать свое раздражение на безответных волонтерах, большинство из которых были практически детьми и не могли адекватно ответить обидчикам.

«Когда я только пришел под избирательный участок, у меня сразу проверили документы, я показал заявление волонтера, фото договора и паспорт. Затем раз пять вызывали полицию люди, кричавшие: «Уберите это отсюда». Нас снимали на телефон, один мужчина с утра, когда я стоял один, обложил меня матом, другой швырялся каштанами. Чувствовал ли я себя неловко? Да любому на моем месте было бы неловко. Стоишь, как дебил… и в голову приходит мысль: «А почему бы вам, возмущающимся, не пойти повозмущаться под офис президента, например?»

По словам нашего собеседника, отвечать на «вопросы президента» соглашался примерно каждый пятый-шестой из тех, кто выходил из избирательного участка.

«Примерно в 19.15 нам пришло сообщение, что мы можем уходить и выдвигаться на сборный пункт. Добираться туда пришлось на метро, таща с собой урну с бюллетенями. Сборный пункт был назначен в центре профориентации. В большом классе стояли парты, туда вмещалось человек 70‒80, и все считали свои анкеты и заполняли протоколы. Многие не поместились в класс, им пришлось считать бюллетени в коридоре и даже на лестницах. Никто за этим не следил, многие писали цифры, что называется, от фонаря, прикидывая на глазок количество бюллетеней. В комнате стояли четыре урны без крышек, туда нужно было складывать уже обработанные бюллетени».
Цифры из протоколов «волонтеров» попросили сбросить и в чат-бот, а куда увезли четыре коробки с бумажками — неизвестно.

У нашего собеседника остались три нераспечатанных пачки бюллетеней, их никто у него не попросил, и он забрал их себе. Еще один «трофей» от опроса — урна с испорченными бюллетенями, полными горячих пожеланий президенту и адресов, куда ему следует идти со своим опросом.

«В целом от всего этого остался ужасный осадок, — резюмирует Николай. — И дело даже не в физической усталости (хотя ноги и спина болят после двенадцатичасового стояния). Тяжело переносилась сама атмосфера опроса, агрессия со стороны людей и ощущение позорности и бессмысленности происходящего. Большинство жаловалось на ужасную организацию, многим не выдали необходимого инвентаря, не было никакой поддержки».

источник


Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo prosto_vova октябрь 7, 2014 19:01 23
Buy for 200 tokens
***
...
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments